Образовательные услуги | Журнал "ТИАРА" | Дискуссионный клуб | Контакты





Rambler's Top100 Rambler's Top100
Вы находитесь здесь: Главная >> Журнал "ТИАРА" >> ТИАРА'2010 >> Информационно-аналитическое и модельное обеспечение процессов модернизации


Информационно-аналитическое и модельное обеспечение процессов модернизации Печать E-mail
ТИАРА'2010
Автор: Конотопов П.Ю.   
06.07.2010 16:52
Конотопов П.Ю.

Информационно-аналитическое и модельное обеспечение процессов модернизации


Трудно о чем-либо договориться, если не определить перед этим основные термины, не согласовать понятия и границы обсуждаемого феномена. В случае с модернизацией это тем более необходимо, поскольку от того, кем и как понимается это слово, зависит очень и очень многое. Поэтому, прежде, чем перейти к изложению сути своего доклада, постараюсь сформулировать свое понимание этого явления…
На мой взгляд, модернизация – это закономерный социальный процесс, обусловленный необходимостью адаптации некоторой относительно обособленной части общества к опережающим изменениям, накапливающимся в различных сферах общественной жизни. В рамках этого процесса устраняются значимые диспропорции, наличие которых порождает специфические для общества уязвимости и риски. Эти диспропорции в рамках модернизации устраняются путём выравнивания уровней развития за счет совершенствования отстающего элемента, подсистемы или системы.
За историю российской государственности наше общество не единожды оказывалось перед выбором: осуществить модернизацию или утратить суверенный статус. Исторических примеров тому масса: в период с 955 г. по настоящее время мне удалось насчитать порядка двадцати модернизационных проектов, инициированных российскими правителями (от княгини Ольги до действующего Президента РФ).
Фактически все модернизационные проекты в России осуществлялись в экстремальном режиме. Общество было плохо подготовлено к реформам, в результате чего попытки модернизации порождали мощные социальные «турбулентности». Каждая попытка делила общество на прогрессивное меньшинство и сопротивляющееся реформам большинство.
Общество и его элиты зачастую не принимали инициируемые реформы. Когда-то причиной этого становилось ущемление имущественных и иных интересов элит, когда-то – неготовность массовых адресатов реформ, а чаще всего – алогичность и половинчатость мер. Как следствие, в послереформенные периоды зачастую происходил откат значительной части реформ.
Отрицание реформ чаще всего происходило на поколенной основе – новое поколение государственных деятелей и рядовых граждан отрицало достижения предшествующего поколения, обращаясь к прошлому, апеллируя к носителям консервативного опыта, что было естественно для трехпоколенных семей.
В результате еще не изжитые социальные институты сменялись новыми, полезность которых не была глубоко осознанна и принята большинством населения. После отката результатов реформ в обществе возрождались прежние институты, продолжавшие существовать наряду с обновленными институтами.
Сегодня, как и множество десятилетий назад, в сознании большинства россиян одновременно присутствуют элементы, характерные для неизжитых и недоосвоенных общественных укладов. В силу этого любые традиции, любые социальные институты, сколь бы активно они не насаждались, в России почти не приживаются. И сегодня, и в двадцатом веке, и сразу после принятия христианства на Руси о российском обществе можно сказать, что оно одновременно живет в нескольких временных измерениях – в прошлом, настоящем и будущем, которые представлены многообразием реликтовых, современных и перспективных социальных институтов.
Видимо, по этим причинам воспроизводимый в России образ жизни достаточно специфичен и трудно поддается попыткам модернизации. В условиях такой пестрой, полиукладной общественной системы модернизация не может быть осуществлена без тонкой подстройки к обновляемым институтам.
Никакие унифицированные меры не дадут искомого результата: ни пять «И», ни пять приоритетных направлений, ни даже весь пятикратно воспроизведенный русский алфавит.
Каждому региону, каждому специфическому укладу, каждому производству или хозяйству – каждому классу субъектов и объектов социально-экономических преобразований должен быть предложен тот модернизационный проект, который соответствует его особой ситуации. Без этого модернизация останется очередным политическим лозунгом в ряду других лозунгов, прошедших «по касательной», поднявших пыль и прихвативших с собой очередную порцию государственных финансов.
Уже сегодня можно распознать некие признаки, которые указывают на недостаточную проработанность российского модернизационного проекта 2010-х. Откровенно смущают попытки свести модернизацию к совокупности технологических новшеств в ущерб модернизации социальной сферы и общественных отношений, выбор приоритетных направлений технологической модернизации – безусловно, компактный, но не вполне системный.
Безусловно, государство в условиях преодоления затяжного кризиса не может обеспечить финансирование всех актуальных направлений модернизации. Понятно и то, что, отбирая вошедшие в перечень направления, эксперты, несомненно, учли имеющиеся на этих направлениях заделы, наличие научных школ, готовность кадров и потенциал финансовой отдачи отдельных разработок.
Однако почему-то не для всех очевидно, что модернизация в формате 5х5 – это, по сути, «федеральная модернизация». Информационное сопровождение модернизационного проекта таково, что возникает ощущение, что 5х5 – это модернизационный посыл, одинаково годный для произвольного региона, муниципального округа, производства или частного хозяйства. Формула 5х5 стала чем-то вроде магического заклинания – стоит его произнести, и все становится на свои места: где-то поднимаются села, где-то улучшаются дороги, где-то рассасывается, а где-то и рубцуется.
Региональным медийщикам и начальникам давно пора понять, что формат 5х5 – это отражение обобщенных на государственном уровне потребностей российского общества. Что это - федеральный модернизационный посыл, и адресован он не регионам и не муниципальным округам, а государству в целом (как принято говорить – в части, касающейся). Что 5х5 – это формат модернизации,  опирающейся на федеральные инвестиционные возможности, но отнюдь не формат региональной модернизации, которая опирается на региональные ресурсы и инвестиции.
Увы, транспонировать модернизационный посыл 5х5 на произвольный регион не получится. В этом беда всех федеральных посылов со времен упразднения Госплана: сначала всем кажется, что задан верхний уровень иерархии всего и вся, но потом становится ясно (увы, не всем), что это никакая не иерархия, а просто мозаика, и что у этой мозаики нет и не может быть никакого верхнего уровня, что из этого посыла никак не может быть выведен или порожден никакой нижний уровень.
Да, не каждый регион способен сказать новое слово в области ядерной энергетики и термоядерного синтеза, но это не значит, что регионы могут расслабиться и ждать результатов федеральной модернизации, которая своими результатами спасет всех и вся.
Какими-то проектами регионы смогут включиться в систему федеральных мер, но в основном им не имеет смысла дублировать формат 5х5. Регионам надлежит достраивать ту часть мозаики, которая соответствует их ресурсообеспеченности, текущим потребностям, кадровому и инвестиционному потенциалу.
И вот тут-то и обнаруживается, что строить эту мозаику для регионов еще только предстоит. Да и строить-то, как выясняется, особо некому, поскольку так уж повелось, что стратегии развития регионов в большинстве случаев верстаются из проектов, скопившихся на столах стратегических чиновников. В момент верстки никого не смущает, что вовремя подвернувшиеся проекты стратегическими можно назвать с большой натяжкой, что эти проекты в большинстве своем не увязаны между собой и синергического эффекта от их внедрения ждать не приходится. Главное, что документ сверстан, что проекты наличествуют, что предмет финансирования определен, а финансирование – будет.
Примеров таких региональных стратегий – множество. Есть и такие стратегии, где на десятилетнюю перспективу в рамках реализации «стратегических проектов» намечается создание всего-то 1400 рабочих мест. Вот такая региональная модернизация получается.
Некому достраивать в регионах мозаику модернизации, никто не предложил того образа модернизированного государства, общества, уклада бытия, который позволил бы достроить эту мозаику в самостоятельно. По мере удаления от Москвы все меньше и меньше тех субъектов, которые пусть и не решают такие задачи, но могли бы их решать… В отдельные научно-исследовательские организации от регионов поступают запросы на экспертизу региональных стратегий, но это не запросы на детальный анализ и совершенствование содержательной части проектов, а запросы на подтверждение качества. Такие запросы нацелены на получение верительных грамот, подтверждающих, что проект достоин инвестиций (как правило, зарубежных).
Нет хлеба – нет песен… Понятно, что дефицит ресурсов определяет масштабы региональной модернизации. Но иногда лучше воздержаться от модернизации, чтобы избежать потерь, вызванных поспешным модернизированием.
Потери от безответственного стратегирования на местах, недополученные социальные и экономические эффекты могли бы быть предотвращены или сведены к минимуму, если бы была отстроена система взаимодействия региональных органов власти с федеральными и региональными государственными и независимыми научно-исследовательскими, информационно-аналитическими и экспертно-консультационными организациями. Если бы актуальные общественные потребности подвергались тщательному анализу и систематизации, если бы региональная модернизация была бы не симптоматической, а проактивной, упреждающей – такой, какой положено быть стратегии.
Но вот беда: информационно-аналитические центры в регионах есть, а анализа и синтеза информации в них в большинстве случаев – нет. Где-то затерялась шестая «И» (информация) в президентской пятерке «И» (институты, инвестиции, инфраструктура, инновации, интеллект). Даже, если в регионе каким-то чудом собрались все пять «И», то отсутствие актуальной и достоверной информации делает все пять «И» бесполезными.
Статистика безлика. Интерпретация статистики без дополнительной фактографической информации, без информации о причинно-следственных и межсубъектных взаимосвязях – процесс по уровню творческой свободы сопоставимый с гаданием на кофейной гуще. Но, как это ни странно, региональные ИАЦ – это чаще всего странный дубль органов государственной статистики, функцией которого является не стратегическое информирование и актуализация представлений руководителя региона о реальном положении дел, а формирование оперативных справок одноразового применения в рамках оперативных совещаний.
 Получается, что субъект стратегического проектирования в рамках модернизационного процесса в регионах пока отсутствует. Переоценка возможностей уже существующих структур не позволяет работать на этом поле независимым органам информационно-аналитического и модельного обеспечения. А региональные ИАЦ продолжают накапливать бесполезную для стратегического проектирования информацию, которая не имеет стратегического адресата – субъекта стратегического анализа и проектирования.
Но самое печальное, что рядовые жители регионов, граждане России – те, кто реально сталкивается с разнообразными проблемами и задумывается о системных решениях этих проблем, не имеют ни малейшего влияния на ту стратегию модернизации региональной экономики и социальной сферы, которая будет избрана и принята к исполнению. Идеи, предложения, проекты и прожекты – все они в России не имеют заинтересованного адресата. Есть только чиновник узкой специализации, наполняющий мусорные корзины всем тем, что не соответствует его компетенции.
До настоящего времени в России так и не создан действенный механизм сбора, обработки, анализа, оценивания, обобщения и доведения такого рода информации до заинтересованных потребителей. Нет субъекта экспертизы и обобщения проектов, идей и предложений, нет консультативных органов, способных суммировать эти предложения и свести их в систему. Равно, как нет и спроса на результат такого обобщения.

Федеральные и региональные органы власти пока не осознали полезности подобной информации. Пока руководители органов власти в большинстве своем видят в гражданских инициативах угрозу потери рычагов управления. В силу этого их интересы и формы поведения поведение в информационной сфере можно охарактеризовать как агрессивно-защитные. Во властных кругах в отношении информационного пространства пока доминируют две концепции: концепция управления общественным мнением и концепция мониторинга репутационных и политических рисков. Пока это – всё…
Представители общественности также крайне медленно осваивает те новые инструменты социальной коммуникации, которые оно получило, обретя доступ к глобальной телекоммуникационной среде. Пока здесь отмечается увлечение мало полезными коммуникационными сервисами (как приватными, так и публичными), эксплуатирующими иррациональные мотивации. Речь идет преимущественно об формах самовыражения компенсаторного характера или гиперактивной бесцельной коммуникации.
Очень немногие сегодня рассматривают Интернет как ресурс, как инструмент, как новое пространство для целенаправленной деятельности. Общество только-только начинает нащупывать возможности прагматичной коммуникации, направленной на достижение целей в различных сферах реальной общественной жизни.

Между тем технологические предпосылки для создания социальной информационной инфраструктуры уже назрели. Речь идет о совокупности сервисов, инструментов и программных средств, в существенной степени повышающих эффективность прагматичной человеческой деятельности в различных сферах (не только в информационной).
Уже сегодня можно говорить о том, что в ближайшее время может произойти синтез тех программных сред, которые обеспечат значительный прирост результативности коммуникаций, сокращение длительности начальных стадий инновационного цикла, упрощение инвестиционных процессов на фоне общего снижения инвестиционных рисков, повышение качества стратегического и оперативного управления социально-экономическими процессами.

В 2005 году Коллегией аналитиков была начата работа по созданию профессионального сообщества специалистов сферы информационно-аналитического и модельного обеспечения процессов управления. За время, прошедшее с основания организации, мы на собственной шкуре испытали те трудности и сложности, которые связаны с формированием такого распределенного, полисубъектного и полипрофессионального образования.
Однако, преодолевая эти трудности, мы смогли выявить основные болевые точки современных технологий дистанционной коммуникации, четко определить те проблемы, которые препятствуют продуктивной коллективной интеллектуальной деятельности, и сформулировать пути построения нового класса прагматичных коммуникационных сервисов, который мы называем средой комплексной поддержки коллективной интеллектуальной деятельности.
Внедрение таких сервисов позволит решать множество задач, требующих эффективного использования общественного или внутриорганизационного экспертного потенциала. В числе таких задач следует упомянуть следующие:
- сбор, обработка, анализ и разработка путей решения актуальных проблем и общественных потребностей;
- активизация социально-коммуникационных и социально-интеграционных процессов;
- повышение качества федерального, регионального и местного стратегического планирования, прогнозирования и управления на основе привлечения коллективного эксперта;
- исследование междисциплинарных проблем и разработка комплексных проектов в составе распределенных рабочих групп;
- создание полноценных виртуальных предприятий научно-технической и консультационной сферы;
- отработка новых методов и механизмов коллективного принятия решений (включая механизмы реализации, так называемого, «прямого народовластия»);
- формирование новых инвестиционных и кредитно-финансовых механизмов, а также иных задач.
Эту системную совокупность сервисов, образующую среду комплексной поддержки коллективной интеллектуальной деятельности, мы именуем для краткости социальными сетями второго поколения (ССВП, СС 2.0 или SocNet 2.0).

В настоящее время Коллегией аналитиков совместно с группой партнерских организаций ведется работа по созданию действующего прототипа такой среды. Наш консорциум отрыт для вхождения в его состав партнерских организаций, способных сказать свое слово в создании не просто новой информационной технологии, но новой социальной технологии, котрая способна сыграть не последнюю роль в успехе российского модернизационного проекта.

Во многом совершению этого эволюционного скачка препятствует неготовность рассматривать информацию в отрыве от физического носителя как предмет экономических отношений, неразвитость институтов защиты и охраны интеллектуальных прав. Но с другой стороны этот недостаток почти компенсируется тем, что, поскольку информацию почти никто не склонен рассматривать в качестве предмета купли-продажи, коммуникации все еще остаются преимущественно открытыми (правда качество незащищенной информационной продукции оставляет желать лучшего).
Впрочем ситуация постепенно будет меняться (в том числе – благодаря распространению удобных и безопасных платежных сервисов, а также иным с методам, обеспечивающим компенсацию трудозатрат авторов). И в перспективе установится приемлемое равновесие между платными и бесплатными информационными ресурсами.

Ну, а пока технологическая платформа еще не создана, мы продолжаем работать с федеральными и региональными органами власти в области экспертизы стратегических проектов развития, формирования стратегического видения, решения задач детализации, конкретизации и адаптации модернизационного посыла федерального центра к реальным потребностям и возможностям регионов.

В завершение доклада хочу остановиться на одной очень важной теме...
Сегодня, учитывая, что модернизация инициирована государством, осуществляться она будет преимущественно через активное правовое и информационное воздействие на социум.
Модернизация – это процесс, протекающий как в социальной, так и в правовой реальности – в, так называемом, модельном мире – в мире эталонных и нормативных моделей. Эти модели схематично отражают социальную реальность, задавая представления о норме данного конкретного социума, его социальной сфере, экономике, финансах, политической жизни и т.д.
В силу известных причин (кризис, накопленное отставание и др.) следует ожидать, что законодательство будет обновляться высокими темпами. Более, чем вероятно, что при высоких темпах изменений правовой реальности,  эти изменения не будут системными.
В отсутствие качественной и оперативной экспертизы нераспознанные ошибки и противоречия в нормативных моделях и концепциях могут быть перенесены в правовую реальность и через нее – привнесены в реальность социальную (в виде реальных противоречий и проблем).
Поэтому от имени членов и сотрудников Коллегии я хочу обратиться к тем из числа присутствующих, кто входит в состав различных экспертных органов с просьбой: уважаемые коллеги, мы не имеем права на ошибки – от качества нашей работы зависит очень многое, а потому просим вас не оставаться равнодушными к модернизационным начинаниям – давайте вместе определим тот облик будущего, в котором всем нам захочется жить!